Впереди, за перевалом, который местные проводники упоминают с неохотой и заметным беспокойством в голосе, находится самое дальнее северное стойбище, известное среди кочевников под зловещим названием «край земли». Именно туда, согласно их маршруту, непременно должны попасть отец Петр и Федор, чтобы завершить свою миссию и крестить последних, самых упорствующих язычников. Но чем ближе подходят путники к заветной цели, тем ощутимее становится холод, исходящий не только от промерзшей тундры, но и от встречающихся им по пути людей. Оленеводы, прежде относившиеся к миссионерам если не с радушием, то хотя бы с терпеливым безразличием, теперь при их появлении замолкают и отводят взгляды, а женщины и вовсе поспешно прячут детей за пологами чумов. Проводники, нанятые в ближайшем поселке, отказываются идти дальше под надуманными предлогами, оставляя священника и послушника одних перед бескрайней белой пустыней. До Федора начинают доходить обрывки тревожных разговоров, из которых следует, что в стойбище на «краю земли» давно уже ждут чужаков, но вовсе не для того, чтобы внимать их проповедям и уж тем более принимать новую веру. Местные шаманы, чья власть над умами северных кочевников остается непоколебимой на протяжении столетий, заранее оповещены о приближении миссионеров и настроены решительно: путникам здесь совсем не рады, и каждый новый шаг по направлению к стойбищу может стать для них последним.

Каждый новый день в этом металлическом гробу приносит всё больше вопросов и загадок, которые Райленд вынужден разгадывать ценой неимоверных усилий, балансируя на грани безумия и отчаяния. Он изучает бортовые журналы, расшифровывает обрывочные записи погибших коллег и пытается восстановить хронологию событий, приведших экипаж к гибели, одновременно сражаясь с собственным разумом, который предательски отказывается выдавать самые важные секреты прошлого. В этом кошмаре одиночества и неопределённости, когда каждый шорох системы может означать как спасение, так и неминуемую смерть, Райленд начинает замечать странности, необъяснимые с точки зрения простого везения или технических неполадок. Ему всё чаще кажется, что он не один на этом корабле-призраке: то тень мелькнёт в конце коридора, то система связи зафиксирует сигнал, который невозможно идентифицировать, то в показаниях датчиков жизнеобеспечения промелькнут аномалии, говорящие о присутствии ещё одного живого существа на борту. И тогда перед Райлендом встаёт новый, ещё более пугающий вопрос: действительно ли он единственный выживший, или же вместе с ним по тёмным отсекам корабля бродит нечто (или некто), чьё присутствие способно либо подарить ему надежду на спасение, либо окончательно лишить рассудка и уничтожить последние крохи человеческого в душе, затерянной среди звёзд.